Павел Грудинин: я думаю, что сделал правильно


Павел Грудинин дал ответ, почему раньше он поддерживал партию Единая Россия, а теперь не поддерживает:

— Вы знаете, есть такая фраза: «Хочешь узнать человека, дай ему в руки власть». В 2000 году все мы поддерживали Путина, и это было правильно, потому что он же сказал, что разберется с олигархами, сделает нашу жизнь лучше, прекратит воровство сырья и вывод денег за рубеж. А потом, постепенно, вы понимаете, одних олигархов «равно удалили», как он говорил, но  появилось много новых, тогда было девять долларовых миллиардеров, а сейчас их в десять раз больше. Порядка не наступило. А что касается партии, то вообще-то в Московской области партия «Единство» – помните, была такая маленькая гордая партия, которая боролась с партией «Отечество вся Россия», – была создана при моем участии. А потом в нее влились то же «Отечество», партия Брынцалова, в общем, всё, что могло быть плохого, и я не вступил в эту партию.

Потом был принят интересный закон, а я шел в депутаты областной Думы, по которому стать депутатом можно было только по партийным спискам. Тогда я был в очень хороших отношениях с Борисом Громовым (губернатор Московской области с 2000 по 2012 год – ред.), я пришел к нему и сказал: «Борис Всеволодович, можно я от коммунистов пойду, у меня же совхоз имени Ленина, и по идеологии я…» А он сказал: «Нет! Ты в мою партию пойдешь». Ну, губернатору в тот момент отказать было невозможно, и меня за две недели приняли в Единую Россию, и я стал работать во фракции Единой России.

А потом, если помните, с партией стали происходить какие-то изменения. Причем, такие… Фильм «Свой среди чужих, чужой среди своих» – так это как раз про меня. И я все время конфликтовал. С руководством партии, с фракцией. И дело дошло до того, что в момент принятия бюджета я выходил вообще за пределы зала заседаний, потому что это невозможно было голосовать. Кстати, таких было немало. Вот Жорес Алферов тоже был в Единой России, а потом перешел в КПРФ. Сначала они хотели меня исключить из партии, но у них не получилось, потому что они не собрали большинства – меня же многие в Московской области знают. Мне объявили выговор, после этого начались выборы главы Ленинского района, и они захотели, чтобы я не шел на эти выборы. В результате я написал заявление и ушел, меня исключили из фракции. Ну, я думаю, что сделал правильно, потому что через год как эту партию стали называть, помните? Партия жуликов и воров. И это действительно факт. Она как-то видоизменилась, она стала прикрывать все нарушения, которые связаны с хищениями бюджетных средств.

Если помните, был такой Кузнецов Алексей – первый заместитель председателя правительства Московской области, замгубернатора, который потом убежал за границу, потому что выяснилось, что он расхитил огромные средства из Московской области. Представляете, на фракции, когда он выступал – а я был категорически против его политики, – лидер фракции ему сказал: «Всё, что вы предложите, Алексей Викторович, мы всё поддержим». А когда я начал выступать, то мне лично позвонил губернатор и сказал: «Слушай, чего ты на моего министра финансов наезжаешь?» Я говорю: «Так он же вор». А Громов отвечает: «Ну, ты же понимаешь, что он – мой. Я с ним сам разберусь». И вот это всё привело к тому, что я просто ушел из партии Единая Россия.

Но я об этом не жалею, потому что я достаточно активный человек. Уже через год на выборах меня выдвигала КПРФ, но я был снят, потому что в моих выступлениях нашли «экстремизм». Через два с половиной года я доказал, что там вообще никакого экстремизма нет, мне пришлось идти в суд, неоднократно судиться, вплоть до Верховного суда. Потом меня «реабилитировали». Но все равно на мои выборы был наложен определенный мораторий. Через это прошли все оппозиционные политики, особенно мелкие и средние. Сама избирательная система в России несправедливая. Это надо менять. Но власти это удобно. Понятно, что в этой мутной воде легче рыбу ловить.

ИСТОЧНИК:

[embedded content]

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *